Библиотека
Карта сайта
Ссылки








Пользовательского поиска






Сдать лом черного металлав Москве.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Довмонтов город

В. Д. Белецкий

Исков, его исторические судьбы давно привлекают к себе пристальное внимание ученых. Один из древнейших русских городов, неразрывно связанных с главнейшими событиями отечественной истории, он принадлежит к тем немногим из них, которые миновало монголо-татарское разрушение. В годы тяжелых испытаний для Родины Псков вместе со своим старшим братом Новгородом встал грозным защитником ее северо-западных рубежей. В это тяжелое для Русского государства время Псков не только сохранил свои материальные и духовные ценности, но продолжал их накапливать и развивать. Именно эта сохраненная непрерывность в развитии городской культуры Пскова представляется особенно важной, так как в ней, в этой непрерывности развития, заложены возможности выяснения путей и закономерностей в развитии древнерусского города. Решение этой задачи без археологических исследований чрезвычайно затруднено, если не сказать невозможно.

Неослабевавший и раньше интерес к древностям Пскова в последние 3 - 4 десятилетия неизмеримо возрос в связи с развернувшимися в городе археологическими раскопками, открывшими многочисленные и разнообразные остатки городской жизни средневекового Пскова. В эти десятилетия археологическим исследованиям подверглись территории Кремля, Довмонтова города, Старого Застенья, Окольного города и Запсковья. В археологическом изучении древнего Пскова в течение тридцати лет принимает участие экспедиция Государственного Эрмитажа. За эти годы ею исследована территория города площадью более 15 000 кв. м с культурным слоем, достигавшим местами 7 - 9 м толщины. Обнаружены многочисленные остатки жилых, хозяйственных и производственных построек, в том числе жилища сапожников, кузнеца, железоплавильная мастерская с хорошо сохранившимися остатками печи-домницы, запасом руды и угля, с остатками отходов производства, раскрыты остатки многочисленных хозяйственных сооружений - амбаров, помещений для скота, дворовые пастилы, пешеходные мостки, частоколы оград, разделявших усадьбы горожан. Раскрыты деревянные настилы уличных мостовых, нередко состоящие из нескольких ярусов конструкций, указывающих не только на неоднократность их починки, но главным образом на достаточную устойчивость городских магистралей, на сложившуюся планировку городской застройки. Раскопками собран огромный вещевой материал. В его составе такие находки, как пластинчатый доспех второй половины XIII - первой половины XIV века и набор арбалетных стрел, архив, от которого до нас дошло более пятисот свинцовых вислых печатей XIV - начала XVI века, формованные куски воска, собранного в лесу бортником XII века, берестяные грамоты того же времени, орудия труда и многочисленные изделия ремесленников. Словом, создан и продолжает накапливаться фонд исторических источников, ранее недоступных исследователям, фонд, позволяющий проследить глубинные процессы в развитии средневекового города.

Особое место в работах экспедиции Эрмитажа заняли в эти десятилетия раскопки Довмонтова города, названного так по имени князя Довмонта (в крещении Тимофея), княжившего в Пскове с 1266 по 1299 год. Исследования этой территории ведутся уже более двадцати пяти лет. Примыкающий с юга к древнему детинцу - Кремлю и отделенный от него крепостной стеной и глубоким рвом - греблей, Довмонтов город представлял укрепленную каменными стенами и башнями небольшую территорию, размеры которой едва достигали полутора гектаров. С этой частью городских укреплений Пскова письменные источники, главным образом летописи, связывают строительство более двадцати каменных гражданских, крепостных и церковных построек, сооруженных горожанами в XII - XVI веках. Такая насыщенность древними каменными зданиями Довмонтовой крепости, или, как ее называют источники, Довмонтовой стены, вот уже более полутора столетий волнует историков и местных краеведов. С его территорией до последней четверти XIV столетия, когда он еще не носил имени прославленного псковского князя, исследователи связывали местоположение княжеского двора с сопутствующими ему постройками, в том числе и церковными (См.: Митрополит Евгений. История княжества Псковского. Киев. 1831. Ч.I. С. 14-15; Спегальский Ю.П. Псков. Л.; М., 1963.). В республиканское время с перенесением княжеского двора в Старое Застенье Довмонтов город рассматривался как центр административного и церковного самоуправления Пскова и псковской земли (См.: Спегальский Ю.П. Псков. Л., 1972. С. 113-115.). Какую-то часть этих функций Довмонтов город сохранил и в последующие столетия, о чем свидетельствуют письменные источники, упоминающие на его территории помимо находившихся там многочисленных церквей Приказную и Поповскую избы (позднее Приказные палаты и большая Поповская изба), Дворцовый приказ и другие казенные строения.

Особый интерес исследователей к Довмонтову городу вызывают многочисленные каменные храмы. В конце XIX - начале XX столетия в связи с организацией в Пскове Археологического общества и оживлением краеведческой деятельности заметно возрос интерес к уже разобранным к этому времени памятникам Довмонтова города. Вопросами, связанными с выяснением местоположения и названий церквей, некогда здесь находившихся и известных по летописям и изобразительным материалам (планам города, иконам), занимались И. Ф. Годовиков, И. И. Василев, Ф. П. Ушаков, П. Ф. Окулич-Казарин и другие. К этому времени относятся и первые попытки воссоздания плана Довмонтова города с размещением на нем древних церквей и их атрибуции. В советское время, а для Пскова в последние три десятилетия, когда вопросы истории средневекового русского города и городской культуры стали одной из активно разрабатываемых проблем, интерес к Пскову, к его Довмонтову городу приобрел особое значение. Причиной того явилось само местоположение Довмонтовой крепости, разместившейся на территории древнейшего городского посада, выяснение времени его возникновения, занятий первых поселенцев, определения их этнического состава и многие другие вопросы, связанные с историей возникновения и развития русского города, определяли для исследователей важность и значение этого небольшого участка древнего Пскова. Не меньший интерес представляют многочисленные каменные постройки, возведенные на его территории главным образом в XIII - XIV веках. С изучением Древнерусского города они обретают для Пскова значение памятников, раскрывающих историю развития строительного дела в этом древнерусском городе, формирования в нем своей самостоятельной строительной школы, заявившей о себе в конце XIV - XV столетиях как о выдающемся явлении в русском национальном зодчестве.

Приступая к раскопкам Довмонтова города с находящимися в трехметровой толще его культурных отложений остатками многочисленных памятников каменного строительства, мы понимали всю сложность начатых работ. Эта сложность определялась прежде всего тем, что многовековые напластования культурных отложений здесь, в процессе жизни города, неоднократно подвергались разрушениям. Так. например, древнейшие слои города, содержащие остатки первоначального строительства, главным образом деревянного, на больших площадях были разрушены строительством каменных зданий, в том числе многочисленных церквей, вокруг которых возникали и продолжали функционировать могильники. После исчезновения старых каменных построек в первой половине XIX века на территории Довмонтовой крепости, принадлежавшей в то время духовному ведомству, появились каменные постройки архиерейского дома и, по определению П. П. Покрышкина, "невзрачные хибарки арендаторов". В годы немецко-фашистской оккупации (1941 - 1944) на территории Довмонтова города размещалась зенитная батарея оккупантов с ее погребами, бункерами, траншеями и окопами, при сооружении которых был нанесен непоправимый ущерб культурному слою и находившимся в нем древним памятникам.

Не меньшие трудности представляла и атрибуция раскрываемых зданий, основную часть которых составляли церкви. Отсутствие в письменных источниках точных указаний местонахождения большинства остатков каменных построек, о строительстве которых в Довмонтовом городе они сообщают, требовало поиска путей к решению этой задачи. Предпринятые в конце прошлого - начале нашего столетия попытки решить эту проблему привели исследователей к различным выводам, что, по сути дела, не прояснило, а еще более запутало решение проблемы. Между тем от правильной атрибуции раскрываемых памятников зависело не только определение названия, а стало быть, и времени строительства той или иной постройки, но и вытекающее из этого решение главного, то есть времени возникновения и путей развития псковского строительного дела.

В результате многолетних раскопок в Довмонтове городе было установлено, что культурные отложения на его территории в местах, наименее пострадавших от позднейших перекопов, отчетливо делятся на два стратиграфически различных слоя. Нижний мощностью до 1 м представлен черноземом, обильно насыщенным грунтовыми водами. С этим слоем связаны остатки деревянного строительства, датируемые от рубежа IX -X до XIII века. В слоях IX - X веков деревянное строительство наиболее интенсивно протекало в южной половине территории. В центральной части обширную площадку занимали железоделательные и железообрабатывающие мастерские. Одна из таких мастерских X - XI веков представляла собой срубную постройку, северо-западную часть которой занимала железоплавильная печь. Около печи, в небольшом овальном углублении, находился запас древесного угля. На замощенных мелкими обломками известняковой плиты рабочей площадке у печи и на площадке около постройки находилось сырье для плавки - более 2000 кусков подсушенной на костре болотной руды, крицы и шлаки. В другой постройке, датируемой XII веком, было обнаружено скопление обломков и два целых куска воска, сформованного непосредственно в лесу. В этих же слоях обнаружены следы плавки цветных металлов обломки тиглей, слитки бронзы. С остатками построек этого времени связаны* находки многочисленных спилов рога лося, что свидетельствует о ремесле обработки кости. Этими же столетиями датируются высеченные в скале дренажные канавы, указывающие на проводимые здесь работы по благоустройству. В слоях XII - XIII веков наряду с остатками деревянных строений прослежены настилы дорог. Весь облик застройки территории Довмонтова города этих столетий, характер сопутствующих им материалов свидетельствуют о том, что эта часть древнего Пскова являлась городским посадом.

Слои, перекрывавшие отложения чернозема, представлены прослойками строительного мусора, отражающими процесс застройки Довмонтова города каменными строениями. В них почти полностью отсутствуют остатки деревянных построек. Резкая смена застройки этой территории позволяет говорить о единовременном перемещении посада с этой части города, что, по-видимому, можно связать с появлением в Пскове князя Довмонта-Тимофея и размещением здесь его Резиденции.

За годы археологического изучения Довмонтова города удалось обнаружить, раскрыть, зафиксировать и частично музеефицировать остатки восемнадцати каменных зданий: одиннадцать храмов, шесть гражданских построек и остатки крепостных сооружений.

Из остатков крепостных сооружений исследованы крепостная стена XIII века с древними проходами в ней и остатки надвратной башни, так называемые Святые ворота (ил. 29 - V, VI, VIII).

Из гражданских построек наибольший интерес представляет здание рубежа XII - XIII веков (ил. 29 - I), от которого сохранились два подвальных помещения, разделенных между собой стеной с центральным опорным столбом. В стенах помещений располагались прямоугольные нишки, пяты подпружных арок и выходы с хорошо сохранившимися деревянными конструкциями дверных устройств. Полы в помещениях составлены из мощных половиц толщиной в 9 - 11 и шириной до 65 см. Другая постройка, сооруженная в XIII веке (ил. 29 - IV), также состоявшая из двух помещений, имела потайной подземный выход под крепостную стену к берегу реки Великой. Сохранившиеся от нее подвальные помещения имели самостоятельные выходы, один из которых вел за пределы южной стены крепости, другой соединял постройку с Довмонтовым городом. У этого выхода сохранились следы крыльца, ведущего на второй этаж здания. В республиканское время в постройке помещался один из городских архивов, содержащий более пятисот свинцовых актовых печатей, некогда подвешенных к документам. С этой же постройкой связаны пластинчатый доспех и набор арбалетных стрел.

В числе раскопанных церковных зданий были раскрыты руины храма XII века - церкви Дмитрия Солунского, - единственной постройки этого времени, зафиксированной псковскими летописями на территории Довмонтова города. Ее отличали от всех других раскрытых памятников культовой архитектуры характерная для XII века система кладки (камень с кирпичом) и раствор, составленный из извести с примесью толченого кирпича, а также плановое решение здания, характерное для новгородской архитектуры первой четверти XII века. Раскопанный храм, как теперь мы можем утверждать, был поставлен не князем Аведом, как считалось в литературе до недавнего времени, а князем Всеволодом (Гавриилом) Мстиславичем, последние месяцы жизни княжившим в Пскове (умер в 1138) и захороненным в этой церкви. Вместе с этим раскопки церкви Дмитрия Солунского дали материалы, позволяющие по-новому подойти к решению вопросов истории развития строительного дела в новгородской республике и участия в нем княжеской строительной артели, остававшейся неизвестной новгородскому зодчеству (См.: Белецкий В. Д. Клейма и знаки на кирпичах XII века из церкви Дмитрия Солунского в Пскове // Советская археология. 1971. № 2. С. 272 - 278.).

29. План Довмонтова города
29. План Довмонтова города: I — постройка рубежа XII — XIII вв.; II — караульное помещение XIII в.; III — поповская изба XV в.; IV — постройка XIII в V, VII, VIII — крепостные стены XIII в. с др. проездами; VI — Святые ворота: VII — приказные палаты XVII в. 1 — церковь Николы с Гребли (1388); 2 — местоположение церкви Георгия (1269); 3 — церковь Кирилла (1374); 4 — церковь Тимофея (1268 — 1374); 5 — церковь Дмитрия Солунского (до 1138, 1525); 6 — церковь Федора (1272); 7 — церковь Алексея (1508 — 1538); 8 — церковь Сошествия св. духа (1383); 9 — церковь Покрова (1352, 1398); 10 — церковь Рождества Христова (1388)

Не меньший интерес представляют раскрытые в Довмонтовом городе остатки церквей XIII и XIV веков (ил. 29 - 1 - 4, 6, 8 - 10). Датированные археологически, они требовали своей атрибуции, которая, как уже отмечалось, таит в себе возможности проследить тот самый процесс возникновения и формирования самостоятельной псковской строительной школы, процесс, о котором в литературе нет устоявшегося мнения.

Памятники XIII века дошли до нас не в чистом виде. Все они были перекрыты церковными же постройками в XIV веке, а одна церковь была перекрыта дважды. Таким образом, атрибуция их наталкивалась на определенные трудности. Однако одну из церквей удалось атрибуировать без особого труда (ил. 29 - 6). Датируемая слоем XIII века, постройка эта оказалась в комплексе с такой же бесстолпной церковью, но датируемой слоем XV - XVI веков. Их соединяла небольшая каменная палатка, сооруженная одновременно с поздним храмом. Незадолго до раскопок этих церквей Л. М. Марасинова, тогда еще аспирантка МГУ, в Центральном государственном архиве древних актов обнаружила "Переписную книгу" 1699 года (См.: ЦГАДА. ф. 1209 (Вотчинная контора. Поместный приказ), 17724 (1699). См. также: Белецкий В. Д. Два вновь открытых памятника псковского каменного зодчества // Сообщения Государственного Эрмитажа. Л., 1971. Вып. 37. С. 29 - 31.), в которой сохранилось описание раскрытых нами памятников. В этой книге автор, между прочим, замечает: "...да меж церквей Федора Стратилата да Алексея митрополита небольшая палатка каменная на той палатке колоколенка обчая Федоровской церкви" (Книги переписные церковным владениям, что в Довмонтове стене и тех церквей всякой утвари о приписке в дом живоначальные Троицы 207 году (ЦГАДА, ф. 1209, 17724 (1699), л. 54 об.).). Если учесть, что в Довмонтовом городе известны только два случая такого сочетания церковных построек - описываемое и комплекс церквей Дмитрия Солунского и Афанасия, которые по их названиям и строительным особенностям не отвечают рассматриваемым, то станет очевидным, что рассматриваемые постройки являются единственными, соответствующими данным "Переписной книги". Обращаясь к летописным сведениям, храм, датируемый нами археологически XV - XVI веками, был действительно построен в 1508, а затем перестроен в 1538 году во имя Алексея митрополита (См.: ПСРЛ. СПб., 1848. Т. 4. С. 282, 302.). Церковь, датированную XIII веком, мы знаем по летописному рассказу, помещенному под 1384 -1385 годами (См. там же. С. 193; ПСРЛ. СПб., 1851. Т. 5. С. 16.). Под этим годом летописи сообщают о строительстве церкви Федора. В процессе раскопок было установлено, что поставлена эта церковь на более раннюю, датируемую слоями XIII века. При этом храм XIV века полностью повторял планировку ранней постройки, уступив ей только в толщине стен.

Два храма, также раскопанных в Довмонтовом городе (ил. 29 - 2, 4) и датированных слоем XIII века, поддаются атрибуции с разной степенью уверенности. Один из них (ил. 29 - 4) оказалось возможным связать с церковью Тимофея Газского, поставленной князем Довмонтом-Тимофеем в 1268 году и затем перестроенной в 1374 году во имя св. Тимофея-Довмонта, канонизованного к этому времени в местные святые. Основанием для такой атрибуции послужили антропологические определения и состав вещей, сопровождавших погребения у церкви, позволившие увидеть в них прибалтийское происхождение. Подобная картина не встречалась в могильниках у других церквей Довмонтова города. Сделанные наблюдения дали основание предположить, что это могильник членов дружины князя Довмонта, литовцев по происхождению, как и сам князь, которые вместе с Довмонтом пришли в Псков в 1266 году. Это позволило предположить патрональный характер церкви не только для князя, но и для его дружины.

Третий храм (ил. 29 - 2), дважды перекрытый церковными постройками более позднего времени, прослежен благодаря стратиграфии залегания его строительной линзы и хронологии вещей из погребений у стен церкви. Атрибуция же его основана на поиске методом исключения. Известно, что князь Довмонт поставил три храма: Тимофея - в 1268 году, Георгия - в 1269 и Федора Стратилата - в 1272 году. Если нами правильно атрибуированы церкви Федора и Тимофея, то под храмом № 2 лежат остатки церкви Георгия, поставленной князем Довмонтом в 1269 году. Более сложными для атрибуции оказались храмы XIV века. Псковские летописи, как уже отмечалось, почти не содержат данных по топографии построек, возведенных в Довмонтовом городе, а те скудные сведения, которые в них имеются, глухи и требуют специального поиска. Так, согласно летописям, в Довмонтовом городе на берегу древнего рва (Гребли) были построены два храма: церковь Кирилла у Смердьего моста над Греблею и церковь Николы с Гребли. Однако раскопками установлено, что на берегу Гребли были сооружены три храма (ил. 29 - 1, 3, 10). И если церковь Кирилла следовало искать вблизи Смердьей башни у Смердьего моста, то для храма Николы нужно было определить, какая из двух оставшихся построек может ему соответствовать.

После того как были обнаружены остатки дороги и местоположение Смердьего моста, церковь Кирилла нашла свое место на плане города (ил. 29 - 3) (См.: Белецкий В. Д. Церковь Кирилла 1374 г. в Пскове (по материалам археологических раскопок) // Культура средневековой Руси. Л., 1974. С. 103 - 107.). Что же касается церкви Николы, то путь к ее атрибуции был значительно длиннее. Понадобилось вначале выяснить названия церквей, расположенных на восточной границе Довмонтова города, в 1701 году засыпанных по распоряжению Петра I насыпью земляного бастиона. В результате проведенного исследования (См.: Белецкий В. Д. Некоторые данные к атрибуции храма № 1 из раскопок в Пскове в 1959 -1963 гг. // Сообщения Государственного Эрмитажа. Л., 1974. Вып. 16. С. 141 - 154.) было установлено, что храм № 1 на нашем плане (ил. 29 - 1) и есть церковь Николы, построенная в 1383 году, а храмы № .8, 9 и 10 (ил. 29 - 8, 9, 10), соответственно, церкви Сошествия святого духа (1383), Покрова (1352, 1398) и церковь Рождества Христова, возведенная в 1388 году.

После атрибуции раскрытых в Довмонтовом городе памятников стало возможным обратиться к вопросу о времени возникновения и формирования псковской самостоятельной строительной школы. В 1963 году Ю. П. Спегальский, говоря о строительной деятельности псковского князя Довмонта, с сожалением отмечал, что сооруженные по его заказу "постройки не дошли до нас. Между тем, может быть, именно в их строительстве впервые выступили самостоятельно на поприще каменного церковного зодчества псковские мастера" (Спегальский Ю. П. Псков. Художественные памятники. Л.; М., 1963. С. 23.). Теперь, когда археологическими раскопками в Довмонтовом городе раскрыты не только упомянутые автором церковные постройки (церкви Тимофея Газского, Георгия и Федора Стратилата), но и гражданские здания рубежа XII - XIII и XIII столетий, до сих пор остававшиеся неизвестными псковскому зодчеству, вопрос о времени появления в Пскове собственных строительных кадров обрел материальную основу. Раскрытые постройки, значительно пополняя фонд подлинных памятников псковской каменной архитектуры, позволили выявить в псковском зодчестве этих веков только ему присущие архитектурно-строительные особенности.

30. 1 — церковь Николы с Гребли; 2 — церковь Тимофея-Довмонта; 3 — церковь XIV — нач. XV в.: 4 — церковь Успения в Мелетове
30. 1 — церковь Николы с Гребли; 2 — церковь Тимофея-Довмонта; 3 — церковь XIV — нач. XV в.: 4 — церковь Успения в Мелетове

Как нетрудно видеть, раскопанные храмы - Николы с Гребли (1383, ил. 30 - 1), Тимофея-Довмонта (1374, ил. 2) и церковь XIV - начала XV века (ил. 30 - 3), в основании которой лежат остатки предполагаемого храма Георгия, - объединяются между собой близостью планового решения алтарных частей, соотношениями внутренних членений и сохранившимися остатками деталей внешнего декора. Своеобразие устройства боковых апсид этих храмов выделяет их из всех других церковных построек последней четверти XIV - XV веков, известных в древнерусских городах этого времени. Ближайшие аналоги им мы находим главным образом в пределах Пскова и псковской земли: это церковь Успения в селе Мелетове (1462 - 1463), церковь Козьмы и Демьяна с Примостья, которую летописи упоминают под 1458 годом как пострадавшую от пожара, и другие.

Все сказанное позволяет признать вторую половину XIV века временем, когда в псковском зодчестве не только появляется целая группа памятников, архитектурное решение которых отличалось от всего того, что было создано в это время в других центрах архитектурной и строительной мысли, но и получает распространение в XV столетии. Вместе с тем это дает право считать, что возникновение в Пскове каменного стрительства, а вместе с ним и появление местных строительных кадров следует отнести ко времени более раннему, чем обнаруженные раскопками памятники. Думается, формирование псковской строительной традиции происходило в процессе накопления горожанами опыта в обращении с местной известняковой плитой как со строительным материалом.

Сооружая крепостные стены с их боями "меж зупцов", арками проходов и проездов, сводами, перекрывавшими внутрикрепостные помещения, псковские мастера каменного дела накопили богатый строительный опыт и были к XIII столетию достаточно подготовленными к строительству других, в том числе и культовых каменных зданий. На это указывают раскопанные в Довмонтовом городе бесстолпные, четырехстолпные церковные постройки, а также гражданские постройки рубежа XII - XIII и XIII веков. И здесь нет ничего удивительного в том, что с появлением потребности в церковных и гражданских постройках часть мастеров каменного крепостного дела была привлечена к этим работам.

Не случайно в Пскове в отличие от Новгорода не привилось изготовление кирпича, производство которого в Новгороде в XIII веке и в последующее время хорошо известно (Мы имеем в виду церкви Рождества Богородицы на Перыне (XIII в.), Николы на Липне (1292), Успения на Волотовом ноле (1352) и др. См. также: Раппопорт П. А. Археологические исследования памятников древнего новгородского зодчества // Новгородский исторический сборник. Л., 1982. Вып. 1 (2). С. 189 - 202.). Псковские же постройки XIII и даже рубежа XII - XIII веков сооружались из местной известняковой плиты на известково-песчаном растворе. Правоту наших рассуждений могут подтвердить дошедшие до нас оконные проемы в псковских храмах XIV - XV веков, повторяющие в своих конструкциях крепостные бои. Здесь же отметим, что этой строительной особенности не знают церковные здания Новгорода, строительная школа которого, как справедливо отмечают исследователи, выросла на киевских традициях. Наконец, самостоятельное развитие псковского строительного искусства подтверждается и той приверженностью псковских зодчих к выработанным ими типам зданий и приемам каменного строительства, которые они сохраняют и тогда, когда в новгородском зодчестве широко проявляются московские влияния (См.: Раппопорт П. А. О книге и ее авторе // Псков. Художественные памятники. Л., 1972. С. 5 - 7.). Обнаруженные и атрибуированные памятники Довмонтова города сохранили нам не только важные сведения по истории строительного дела в Пскове, они донесли до нас не менее важные сведения о его художественной жизни в XIV столетии, дошедшие к нам в остатках настенных росписей в раскопанных храмах. Остававшиеся до сих пор неизвестной страницей городской культуры средневекового Пскова, они наконец восполнили собой тот пробел в монументальной живописи XIV века, который позволил отдельным исследователям поверить в то, что в Пскове этого времени монументальная живопись не получила распространения. Как показали раскопки, в девяти из десяти раскрытых остатков каменных храмов, семь из которых археологически датируются XIV веком, были обнаружены современные им фрагменты настенных росписей. В двух памятниках - в церкви Николы с Гребли (1383) и в церкви Покрова (1352, 1398) - живопись дошла в сохранности, позволяющей не только ее учесть, но и ввести в научный оборот как полноценный источник для изучения псковской монументальной живописи середины - второй половины XIV столетия. Церковь Николы с Гребли была разобрана в 1821 году. В ее руинах удалось собрать фрагменты росписей, позволившие восстановить из многих сотен обломков запрестольную композицию "Поклонение жертве", или "Служба св. отцов", части других сцен и отдельные лики. В церкви Покрова на стенах, сохранившихся в высоту до пяти метров, было раскрыто около ста пятидесяти кв. м живописи, в том числе композиции "Служба св. отцов", "Царь славы", "Усекновение главы Иоанна Предтечи", "Жертвоприношение Авраама", "Неясыть" и другие, а также орнаментальные росписи.

Созданные псковскими мастерами росписи в этих двух храмах по своей живописной манере резко различались между собой. Росписи в церкви Николы представлены яркой красочной гаммой. И, хотя в создании их участвовало несколько мастеров, большая их часть, как об этом позволяют судить обнаруженные фрагменты, работала в единой манере, привычной не для фрескистов, а скорее для мастеров-иконописцев и хорошо известной только по псковским иконам XIV - XV веков (См., например, иконы с избранными святыми: "Параскева Пятница, Варвара. Ульяна", "Параскева Пятница. Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Василий Великий" (из ГТГ), "Деисус" (из Новгородского музея-заповедника), "Архангел Гавриил" (из ГРМ), "Рождество Богоматери" (из собрания П.Д.Корина).). Общими для этих мастеров являются приемы моделировки ликов. В этой связи нельзя не отметить особой близости в исполнении ликов из Никольской церкви и ликов на иконе "Рождество Богородицы" из собрания П. Д. Корина (См.: Антонова В. И. Древнерусское искусство в собрании Павла Корина. М.. 1968. Рис. 24-26.). Следует указать на определенную связь фресок из церкви Николы с Гребли с росписями церкви Спаса на Ковалеве в Новгороде. Эта связь отчетливо проявляется в близости красочных палитр и технических приемов, которыми пользовались мастера, расписавшие эти два храма. Она проявляется, насколько это позволяют судить фрагменты росписи Никольского храма, и в принципе декорировки стен обоих храмов разновеликими изображениями персонажей и сцен.

В церкви Покрова живопись была исполнена мастерами-фрескистами, палитра которых была ограничена минимальным набором красок, близким по своему колористическому звучанию известным фресковым ансамблям новгородских храмов Спаса на Ильине улице и Федора Стратилата, опережая их по времени создания на три десятилетия (фрески церкви Покрова созданы в 50-е годы XIV века).

В росписях церкви Покрова зафиксировано различие в общей тональности декораций. Росписи алтарных частей здания были исполнены в более теплых и более светлых тонах. В западных частях храма они были холодные и более темные. Такое различие в колористическом решении живописного убранства церкви, придававшее светлыми красками определенную и праздничность ее восточным членениям, было призвано усилить эмоциональное воздействие на зрителя, на формирование в его сознании особого значения алтарных частей храма с символическим содержанием помещенных там композиций.

Как и в церкви Николы с Гребли, декорации храма Покрова создавались несколькими мастерами-живописцами, объединенными в артель. Одного из них, написавшего свое имя Влас на законченной им работе, фрески церкви Покрова нам сохранили.

В настоящее время многолетние раскопки Довмонтова города подходят к концу. Большая часть его территории уже превращена в музей под открытым небом. Завершаются доследования раскопанных в последнее время храмов. Одновременно с этим в лаборатории Эрмитажа под руководством Е. Г. Шейниной ведется реставрация найденных фресок и подготовка их к музейному показу. С завершением работ по консервации и реставрации памятников Довмонтова города, их музеефикации, Псков, а вместе с ним и русская культура обогатятся уникальным памятником средневекового градостроительства, раскрывающим одну из замечательных страниц истории Пскова.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Предлагаем по акции купить диплом Махачкала для вас по выгодной цене.

© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://architecture.artyx.ru "Архитектура"
Рейтинг@Mail.ru