Библиотека
Карта сайта
Ссылки








Пользовательского поиска







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Приднепровье, Волынь, Западная Русь, XII - начало XIII века

XII в. был для Руси временем дальнейшего развития феодального общества, приведшего к возвышению ряда местных экономических, политических и культурных центров, лишь номинально зависевших от великих князей Киевских, и началом распада древнерусского государства на ряд удельных княжеств. Этот век был также и временем распространения каменной архитектуры но всей русской земле, от предгорьев Карпат до Волги и от Волыни до берегов Великой и Волхова. В ней можно было наблюдать и сильное влияние более ранней архитектуры древнерусского государства, и зарождение местных особенностей и архитектурных школ, обусловленное как различием задач, стоявших перед архитектурой в отдельных русских землях, так и свойствами применявшихся там строительных материалов.

Смешанная кладка стен XI в. дольше всего сохранялась в западнорусских землях. Архитектуру других русских земель XII - начала XIII в. можно разделить на архитектуру грубо околотого камня и кирпича (Новгородская земля), кирпичную (Приднепровье, Волынь, Рязань) и архитектуру тесаного камня (Галицкая и Владимиро-Суздальская земли). Об архитектуре Владимиро- Суздальской и Новгородской земель будет сказано в следующих главах; здесь мы рассмотрим, как работали в указанные столетия зодчие тех земель, где преобладала кирпичная архитектура, в первую очередь Приднепровья, наиболее тесно связанного с древнерусским государством.

Преемственные связи архитектуры XI и XII вв. в Киеве и Чернигове нетрудно обнаружить уже потому, что здесь она представлена зданиями одного и того же назначения - церквами. Сохранившиеся от XII в. церкви этих городов принадлежат к сложившемуся там к концу XI в. типу четырехстолпного крестово-купольного храма с двухэтажным западным притвором, тремя апсидами и одним куполом, Крещальня (если она была) размещалась в южной части притвора, а лестница на хоры устраивалась в толще северной и западной стен. Крестообразным в плане столбам обычно соответствовали лопатки на стенах, а иногда притвор объединялся на всю ширину с храмом, превращавшимся в зтом случае в шестистолпный (собор в Каневе, 1144).

В других случаях, когда западного притвора не было, храм делался квадратным в плане, четырехстолпным зданием с хорами, находившимися внутри его основной части (Петропавловская церковь в Смоленске, 1146). Хоры в зтих, уже не княжеских, храмах стали меньше по площади, и иногда на них устраивался маленький придел (Кирилловская церковь в Киеве середины XII в.) или придел и ризница (Петропавловская церковь в Смоленске). Окна значительных размеров размещались в два яруса в верхних частях стен, что создавало постепенный переход от слабо освещенного низа к светлому барабану. Внешний вид храмов Приднепровья и Волыни XII в. отражал их внутреннюю структуру: столбам соответствовали на фасадах лопатки, а сводам - восемь из двенадцати или четырнадцати закомар. Остальные закомары, образовывавшие один непрерывный ряд вместе с конструктивными, часто называют декоративными, но они помимо своего художественного назначения играли и утилитарную роль, защищая завершаемые ими прясла стен от дождевой воды, которую направляли к водометам. К лопаткам (за исключением угловых) были приставлены довольно толстые полуколонны, из-за которых были видны только угловые части лопаток, сливавшиеся с нижней полочкой профилировки закомар. Лишь немногие храмы этого времени имели тимпаны закомар, сливавшиеся непосредственно с пряслами стен, подобно тому как это делалось в XI в (собор в Каневе). Чаще они разделялись горизонтальным пояском из миниатюрных арочек и горизонтальной тяги поверх них, упиравшимся в лопатки.

Чернигов. Борисоглебский собор. Вид с юга
Чернигов. Борисоглебский собор. Вид с юга

Узкие вертикальные лопатки членили иногда среднюю апсиду (Борисоглебский собор в Чернигове, собор в Каневе), а иногда и все три (собор Елецкого монастыря в Чернигове), но нередко апсиды оставалась гладкими (Кирилловская церковь в Киеве; собор во Владимире-Волынском, 1160; Петропавловская церковь в Смоленске). Барабаны куполов всегда членились еще более тонкими полуколонками, соединенными наверху пятью-шестью маленькими арочками, над которыми проходил венчающий карниз. Окна обрамлялись снаружи одним прямоугольным уступом, подобно применявшимся иногда нишам, а дверные проемы, перекрытые аркой или плоской деревянной перемычкой с полукруглым тимпаном над ней, - двумя или тремя уступами.

Канев. Юрьевский (Успенский) собор. 1144 г. План
Канев. Юрьевский (Успенский) собор. 1144 г. План

Рост числа каменных церквей в XII в. сопровождался уменьшением их общих размеров и размеров хор, а также появлением четырехстолпных храмов без двухэтажного западного притвора.

Смоленск. Собор Борисоглебского Смядынского монастыря середина, XII в. План
Смоленск. Собор Борисоглебского Смядынского монастыря середина, XII в. План

Старая Рязань. Успенская церковь, XII в. План
Старая Рязань. Успенская церковь, XII в. План

Изменились и идеологические задачи, которым должны были отвечать такие здания, и если внутри особенности освещения и фрески, покрывавшие стены и своды, еще служили, как и раньше, прославлению "царства божия" на земле, то светская идеология преследовала уже иные цели. Так, Борисоглебский собор в Чернигове уже не был единственным и главным собором этого города; соборы Канева и Владимира-Волынского были соборами городов, меньших, чем Киев, Чернигов или Новгород; другие церкви этого времени были монастырскими (в Кирилловом монастыре в Киеве, Елецком и Чернигове) или городскими приходскими церквами (Петропавловская церковь в Смоленске).

Смоленск. Петропавловская церковь, 1146 г. План
Смоленск. Петропавловская церковь, 1146 г. План

Понятно, что такие здания уже не должны были отражать величия и могущества страны, тем более что изменилось и их градостроительное значение. Они были композиционными центрами небольших городов или их частей, монастырских, городских или загородных комплексов и в ряде случаев сами занимали подчиненное положение по отношению к ведущим зданиям города. Конечно, и такое положение храмов XII в. требовало от их архитектуры определенной представительности, но все же в них уже не было того торжественного величия и той монументальности, которые были свойственны большим соборам XI в.

Чернигов. Борисоглебский собор. XII в. Западный фасад
Чернигов. Борисоглебский собор. XII в. Западный фасад

Внутри храмов впечатление их большей скромности обусловливалось прежде всего их несколько меньшей высотой и более широкой расстановкой столбов в подкупольном пространстве. Меньшее число столбов также способствовало тому, что размеры здания не казались преувеличенными и не было ритмического чередования столбов и проемов. К тому же восточная пара столбов нередко на большую часть своей высоты была связана с торцами стенок, разделявших апсиды, а западная пара при устройстве в угловых частях хор закрытых помещений для придела или ризницы сливалась выше уровня хор с западной и боковыми стенами. В то же время сохранение крестообразной в плане формы столбов и лопаток на стенах свидетельствовало о желании зодчих сохранить в интерьере храма некоторые элементы, придававшие ему величественность.

Чернигов. Борисоглебский собор. XII в. План
Чернигов. Борисоглебский собор. XII в. План

Чернигов. Борисоглебский собор. XII в. Капители из раскопок
Чернигов. Борисоглебский собор. XII в. Капители из раскопок

Соответствие внешнего вида храмов XII в. их внутренней структуре делает понятным применение зодчими и на фасадах таких же приемов художественной выразительности, как и в интерьерах. Таковы членение стен лопатками на узкие прясла, каждое из которых завершалось полукружием закомары; усиление выразительности лопаток, соответствовавших столбам при помощи приставленных к ним полуколонн; размещение большей части окон в верхних частях стен и тимпанах закомар, создававшее такой же, как и внутри, постепенный переход от почти глухих нижних частей стен к прорезанному многочисленными окнами барабану.

Размещение окон, сосредоточение декоративного убранства в верхних частях и вертикальные членения, делившие стены на прясла, зрительно облегчали здание. Но пропорции прясел, особенно главных, соответствовавших плановому кресту, стали более приземистыми, как и пропорции апсид. При относительной неизменности пропорций барабанов, ширина которых, как и в XI в., превышала их высоту в 0,2-0,35 раза, несколько изменились соотношения между высотами основных объемов с закомарами и барабанов. Если в Софийском соборе в Киеве высота среднего барабана была меньше высоты среднего прясла фасада в 2,5 раза, а в одноименном соборе в Новгороде даже в 3 раза, то в постройках XII в. соотношение этих высот, равное 1 : 2,5, было лишь в более ранних из них (Борисоглебский собор в Чернигове и собор в Каневе), а в других оно снижалось до 1 :2,25 (соборы во Владимире Волынском и в Черниговском Елецком монастыре) и до 1 : 2 (Кирилловская церковь в Киеве и бесстолпная Ильинская церковь в Чернигове).

Такому пропорциональному строю зданий соответствовали горизонтальные карнизы барабанов, сменившие прежние ряды полукружий, окружавших основания куполов, и горизонтальные арочные пояски, отделявшие тимпаны закомар от прясел стен, особенно если они совпадали по высоте с карнизами лопаток, образуя вместе с ними одну горизонтальную линию (Кирилловская церковь в Киеве). К сложенным из лекального кирпича арочным пояскам всегда присоединялась венчавшая их горизонтальная тяга, иногда дополнявшаяся полосою поребрика (собор Кирилловского монастыря в Киеве, черниговские собор Елецкого монастыря и бесстолпная Ильинская церковь), двумя полосами такой же декоративной кладки (Успенский собор во Владимире-Волынском) или полосами поребрика и "бегунца", т. е. треугольных углублений, обращенных вершинами попеременно вверх и вниз (Петропавловская церковь в Смоленске). Иногда полоса поребрика размещалась над арочками под карнизной тягой, а полоса бегунца проходила под ними и прерывалась вертикальными тягами, что можно видеть на барабане собора Елецкого монастыря.

Сравнение пропорций размеров храмов XI-XII вв.
Сравнение пропорций размеров храмов XI-XII вв.

Такие добавления к арочным пояскам усиливали их значение не только как горизонтальных членений, но и как орнаментальных поясов. Из-за малых размеров арочек пояса воспринимались именно как орнамент, оживлявший поверхность кирпичных стен и смягчавший впечатление суровости, производимое зданием. Такую же роль играли и резные белокаменные капители полуколонн, фрагменты которых были найдены в черниговском Борисоглебском соборе. Капители эти, украшенные орнаментом в виде ленточного плетения, включавшего стилизованные изображения растений и зверей, выделялись на фоне кирпичных стен не только своей игрой светотени, но и цветом.

Узорные пояски
Узорные пояски

Похожие на окна ниши на фасадах, бывшие в руках зодчих XI в. важным средством зрительного увеличения размеров зданий, теперь из-за отсутствия подобной задачи почти не применялись. Вместо них можно было видеть в тимпанах закомар, под арочным пояском и нижним рядом окон маленькие нишки, расположенные поодиночке или группами. Резкое различие пропорций ниш и окон вносило разнообразие и живописность в композицию фасадов.

Чернигов. Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Вид с юго-запада
Чернигов. Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Вид с юго-запада

Цвет продолжал сохранять свое значение во внешнем виде русских церквей и в XII в., хотя применялся он по-иному, нежели в предшествующее время. Переход от смешанной каменно-кирпичной кладки с заглубленными рядами к обычной рядовой кладке из брускового кирпича с чередованием тычков и ложков и с менее толстыми, подрезанными или затертыми швами привел к тому, что поверхность стен стала более однообразной и одноцветной. Большее значение приобрели рельефные детали, причем иногда их выразительность стали усиливать и цветом. Так, например, судя по археологическим раскопкам, стены Благовещенского собора в Чернигове были сложены из красно-коричневого кирпича, а членившие их полуколонны - из желтого.

Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, 2-я половина XII в. Фрагмент фасада
Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, 2-я половина XII в. Фрагмент фасада

В гродненских постройках XII в., таких, как Нижняя церковь и церковь Бориса и Глеба на Коложе, в кладку кирпичных стен вставлялись неправильной формы валуны разных цветов, отшлифованные заподлицо с наружной поверхностью стен и окаймленные скошенной гранью по периметру. Кроме того, на фоне кирпичной кладки выделялись живописно разбросанные декоративные кресты и другие орнаменты, сложенные из поставленных под углом в 45о майоликовых плиток зеленого и коричневого цвета. Небывалое для других русских построек XII в. колористическое богатство Коложской церкви должно было наделять особой живописностью и нарядностью это здание, лишенное аркатурных поясов, но имевшее дополнительные уступы у лопаток, украшенных, как и в других рассмотренных выше храмах, приставленными к ним полуколонками.

Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. Северный фасад
Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. Северный фасад

Зодчие XII в., строившие свои здания из кирпича рядовой кладкой, не забыли о живописном эффекте, которого достигали на фасадах своих построек их предшественники XI в., используя особенности смешанной кладки. Об этом говорит то, что нередко покрытые тонкой цемяночной обмазкой фасады церквей XII в. расписывались под квадровую кладку, подобную той, какая была в нижних частях апсид киевского Софийского собора, тогда как арки расписывались под кладку из кирпича с заглубленными через один рядами. Такие росписи имели фасады Борисоглебского собора и собора Елецкого монастыря в Чернигове и церкви Благовещения в Витебске.

Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. План
Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. План

Плохая сохранность гродненских построек XII в. не позволяет в полной мере судить о творческих методах их зодчих. Также обстоит дело с современными им постройками Галича, говорящими лишь о том, что и здесь убранство фасадов соответствовало свойствам строительных материалов. В Галиче соборы строились из тесаного камня - плотного, мелкозернистого известняка, позволявшего в отличие от колотого камня Приднепровья, Новгорода и Западной Руси выполнять тонкую резьбу. В единственной более или менее сохранившейся постройке Галича второй половины XII в. - Пантелеймоновской церкви - цоколь профилирован наподобие усложненной аттической базы, тонкие полуколонки, членящие апсиды, имеют резные капители упрощенного коринфского типа, а в сильно выступающем западном портале резной орнамент окрывает валики архивольта, капители и абаки колонн и прямоугольных выступов. В рассмотренных выше кирпичных постройках XII в. других русских земель порталы были просты и состояли из двух-трех прямоугольных кирпичных уступов, обрамлявших крытый аркою проем. Лишь размеры да большее число уступов отличали такие порталы от окон или ниш. Пропорции окон, ниш и порталов, а также прясел фасадов были родственны между собой с преобладанием высоты над шириною, а выполнение их уступов в одинаковом материале - кирпиче - обусловливало одинаковую ширину последних. Порталы этих церквей не имели на фасадах господствующего значения, а были равноценны другим их деталям, составляя с ними одно целое.

Галич. Церковь Пантелеймона. XII в. Фрагмент апсиды
Галич. Церковь Пантелеймона. XII в. Фрагмент апсиды

Галич. Церковь Пантелеймона. Восточный фасад
Галич. Церковь Пантелеймона. Восточный фасад

Портал галицкой Пантелеймоновской церкви, наоборот, подчинял себе фасад, противопоставлялся ему и своими пропорциями с преобладающей шириной, отличающимися от вертикально вытянутых прясел фасадов, и своей богатой и сочной пластикой, столь непохожей на гладкие стены с плоскими лопатками и лишенными какого-либо убранства оконными проемами. Быть может, когда фасады Пантелеймоновской церкви завершались закомарами, полукружия последних с их профилировкой в какой-то мере повторяли полукружие и профилировку архивольта портала, но контраст между пропорциями портала и прясел фасадов тогда должен был быть еще больше. Такого противопоставления части целому с явным предпочтением, отдаваемым части, не было ни в какой другой русской постройке XII-XIII вв., ни в западнорусских землях Приднепровья и Волыни, ни в Новгородской и Владимиро-Суздальской землях, о которых будет сказано в следующих главах. Зато этот прием выделения портала (или порталов) и подчинения им фасадов характерен для романских построек Западной Европы. Размещение лопаток на фасадах галицкой Пантелеймоновской церкви не соответствует положению ее внутренних столбов.

Галич. Церковь Пантелеймона. План
Галич. Церковь Пантелеймона. План

Галич. Церковь Пантелеймона. Западный портал и его деталь
Галич. Церковь Пантелеймона. Западный портал и его деталь

В других храмах лопатки находились против столбов и членили фасады на широкие прясла планового креста и более узкие, имевшие примерно одинаковую ширину. Такое чередование ширины прясел создавало спокойный и строгий ритм их и венчавших их закомар. Но желание увеличить размеры хор и не увеличивать площадь алтаря приводило к такой расстановке столбов, которая вызывала на боковых фасадах расширение западных прясел и сужение восточных (собор Кирилловского монастыря в Киеве). Это нарушало ритм вертикальных членений и наделяло внешний вид зданий непринужденной живописностью. В четырехстолпных храмах без западного притвора (Петропавловская церковь в Смоленске) это создавало асимметрическое равновесие боковых фасадов, где узкие восточные прясла с апсидами уравновешивались широкими западными пряслами. В галицкой Пантелеймоновской церкви столбы также сдвинуты к востоку, но стремление сделать ее внешний вид более строгим и торжественным заставило зодчего нарушить связь между внутренней структурой здания и его фасадами и расчленить последние на прясла двоякой ширины с отношением между ними, равным 2:1.

Витебск. Церковь Благовещения, XII в. План
Витебск. Церковь Благовещения, XII в. План

Для внешнего облика большинства русских церквей XII в. характерны вытянутые по горизонтали пропорции основного объема и барабана, размещение закомар на одном уровне, подчеркнутое горизонтальным аркатурным поясом в их основании, и скромное убранство фасадов, уступавшее интерьерам с их фресками, алтарными преградами, паникадилами-хоросами и полами из поливных керамических плиток или мраморной мозаики. В таком предпочтении интерьеров внешнему виду храмов, принадлежавшему городу и соприкасавшемуся с окружающей их светской жизнью, сказалось, видимо, влияние идеологии монашества, временем развития которой на Руси был XII в. Но Русь XII - начала XIII в. создала не только "Киево-Печерский патерик", но и "Слово о полку Игореве", и героическая тема звучала иногда в это время и в архитектуре храмов, даже монастырских. Пропорции их стали стройнее (высота основного объема становилась больше его ширины или длины), стройнее стали и барабаны, а господство вертикальной оси в интерьере и внешнем виде чувствовалось сильнее. Более подчеркнутыми стали вертикальные членения фасадов, и по-новому применялось в новых храмах известное по Софийским соборам Киева и Новгорода ярусное размещение закомар.

Полоцк. Собор Евфрасиниева монастыря , середина XII в., зодчий Иван. Западный фасад
Полоцк. Собор Евфрасиниева монастыря , середина XII в., зодчий Иван. Западный фасад

Полоцк. Собор Евфрасиниева монастыря , середина XII в., зодчий Иван. Продольный разрез
Полоцк. Собор Евфрасиниева монастыря , середина XII в., зодчий Иван. Продольный разрез

Полоцк. Собор Евфрасиниева монастыря , середина XII в., зодчий Иван. План
Полоцк. Собор Евфрасиниева монастыря , середина XII в., зодчий Иван. План

В соборе полоцкого Спасо-Евфросиниева монастыря (1150-е гг.) мастер Иоанн сделал двухэтажный западный притвор более низким, чем основной объем, в силу чего на западном фасаде появились два яруса закомар - над притвором и над храмом. Не довольствуясь таким приемом, навеянным, возможно, видом новгородского Софийского собора, какой тот получил после надстройки галерей, полоцкий зодчий украсил основание барабана своего здания третьим ярусом из четырех подобий закомар (псевдозакомар), уже не связанных с арками или сводами и имевших трехлопастную форму. Наличие лишь одной апсиды (боковые апсиды скрыты в восточных углах основного объема), псевдозакомары третьего яруса и большая ширина и высота средних закомар фасадов подчеркивают значение средней оси каждого из них. Вертикальные членения фасадов усилены полуколоннами, приставленными здесь не только к средним, но и к угловым лопаткам, а тонкие вертикальные тяги украшают и барабан, и апсиду. Трехлопастная форма псевдозакомар верхнего яруса вносит в облик храма некоторую живописность, подчеркиваемую бровками зубчатого профиля над оконными и дверными проемами.

Смоленск. Церквь Михаила Архангела (Свирская). 1191-1194 гг. Западный фасад
Смоленск. Церквь Михаила Архангела (Свирская). 1191-1194 гг. Западный фасад

В этом здании господство средней оси каждого фасада ослаблялось симметрией боковых прясел с их полукруглыми закомарами, создававшей на каждом фасаде еще по две боковые оси. В отличие от этого в смоленской церкви Михаила Архангела (1191-1194) боковые трети фасадов ее основной четырехстолпной части могли завершаться закомарами в виде четверти круга, соответствовавшими покрытию угловых частей храма полуцилиндрическими сводами. Соприкасаясь шелыгами с пятами цилиндрических сводов западной и восточной ветвей планового креста, они передавали распор этих сводов на более низкие и устойчивые части боковых стен и создавали трехлопастные завершения восточного и западного фасадов. Такая форма завершения повторялась и на боковых фасадах, хотя там и не было полного соответствия ее сводам. Желание сделать все фасады равноценными и придать больше единства объемной композиции, заставлявшее в храмах, крытых по закомарам, размещать последние по всему периметру основного объема, сказалось и здесь. Благодаря этому на каждом из фасадов, которые сохранили свое трехчастное членение, заставлявшее их казаться больше (три части, а не одна) и более стройными (из-за высоты каждого прясла), была только одна ось, совпадавшая с вертикальной осью всего здания: боковые прясла из-за их асимметрических верхов уже не имели своих осей.

Смоленск. Церквь Михаила Архангела (Свирская). 1191-1194 гг. Поперечный разрез
Смоленск. Церквь Михаила Архангела (Свирская). 1191-1194 гг. Поперечный разрез

Безраздельное господство вертикальной оси соответствовало большой высоте этого здания и его стройным пропорциям. Внутри высота подчеркивалась крестообразной в плане формой высоких столбов, тремя ярусами окон (не считая окон барабана) и контрастной освещенностью низа, закрытого с трех сторон притворами, и верха, ярко освещавшегося через широкие окна барабана. Снаружи высота и стройность основного объема казались больше благодаря небольшой высоте и приземистым пропорциям притворов, примыкавших к храму с трех сторон, и боковым, прямоугольным в плане апсидам. Пьедестал под барабаном, возможно, завершался с каждой стороны такой же трехлопастной кривой, как и основной объем храма, но меньшей по размерам, и уменьшение вышележащих повторяющихся форм по сравнению с нижними также способствовало впечатлению большей высоты. Наконец, зтому же служила и форма вертикальных членений фасадов. Это были не плоские лопатки и не приставленные к ним довольно толстые полуколонны, но пучки тонких кирпичных уступов, заканчивавшихся такой же тонкой, шириной в полкирпича, полуколонной. Каждое такое членение состояло из двенадцати вертикальных линий, а на углах, где соприкасались членения двух фасадов, их число удваивалось.

Смоленск. Церквь Михаила Архангела (Свирская). 1191-1194 гг. План
Смоленск. Церквь Михаила Архангела (Свирская). 1191-1194 гг. План

Маленькие, меньшие, чем окна, нишки с перспективным обрамлением, располагавшиеся в нижних частях фасадов, должны были оживлять поверхность стен и сообщать постройке живописность. Возможно, что в них первоначально помещались фресковые изображения, что вместе с более крупными фресками в нишах над входами усиливало впечатление живописности. Также оживляли поверхность стен и смягчали производимое внешним видом здания впечатление перспективные обрамления дверей и окон, полуциркульные и трехлопастные бровки над ними с зубчатым профилем и горизонтальные арочные пояски в основании закомар притворов и трехлопастных кривых, завершавших фасады основного объема. Эти пояски, составлявшие горизонтальные членения фасадов, не могли в силу своего гораздо более слабого рельефа спорить с вертикальными членениями, но, замедляя в какой-то мере стремительный взлет последних, они наделяли внешний вид храма торжественным спокойствием и монументальностью. Этому же содействовали и строгая симметрия его восточного и западного фасадов, и близкая к симметрии уравновешенность боковых фасадов.

В смоленской церкви Михаила Архангела, как и в соборе полоцкого Спасо-Ефвросиниева монастыря, дополнительные ярусы подобий закомар в основании барабана были только внешней формой: находясь внутри каждого из этих зданий и видя над собой обычные, опущенные ниже примыкающих к ним сводов подпружные арки, невозможно представить себе действительную композицию верхов.

Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). Восточный фасад
Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). Восточный фасад

Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). Продольный разрез
Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). Продольный разрез

В киевском Софийском соборе верхний ярус закомар образовался благодаря размещению сводов над ближайшими к среднему куполу частями среднего и поперечного нефов на несколько большей высоте, чем своды более далеких их частей. В трехнефном четырехстолпном храме такой прием, казалось бы, исключался, но зодчий построенной в конце XII или начале XIII в. черниговской Пятницкой церкви (возможно, Петр Милонег) сумел решить и такую задачу. Он приподнял над цилиндрическими сводами планового креста, которым соответствуют закомары средних третей фасадов, подпружные арки под барабаном купола и закрыл их снаружи закомарами второго яруса. Поняв, насколько стройнее и легче кажется благодаря этому верх здания, он пошел дальше и дополнил композицию третьим ярусом таких же по размерам и форме псевдозакомар в основании барабана.

Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). План
Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). План

Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). Деталь портала
Чернигов. Церковь Параскевы Пятницы, конец XII - начало XIII в., зодчий Петр Милонег(?). Деталь портала

Высокий подъем барабана и сложность перехода к нему от средних третей фасадов подчеркнули господствующее значение средних осей каждого фасада, вместе с тем и вертикальной оси всего здания. Этому способствовало и завершение боковых третей фасадов вместо обычной полукруглой закомары закомарой в виде четверти круга, не имеющей своей оси. Вместо трех повторяющихся в строгом ритме полукружий каждый фасад Пятницкой церкви венчался имевшей лишь одну ось трехлопастной кривой, фигурой цельной и живописной, подсказавшей зодчему некоторые новые декоративные мотивы. Таковы ниши, завершаемые четвертью круга, на широких западных лопатках и такое же завершение боковых окон в группах из трех окон в полях средних закомар боковых фасадов, где вместе с полукруглой аркой среднего окна эти четверти круга создавали подобие трехлопастной кривой. Стройные пропорции и живописность композиции верхней части Пятницкой церкви заставили ее зодчего привести в соответствие с ними и декоративное убранство ее фасадов. Наряду с архаическими рядами ниш (на апсидах и в основании закомар) и полосок плоской узорной кирпичной кладки, образующей подобие меандра ниже окон и ниш второго яруса, здесь были применены и обычные для кирпичных построек второй половины XII в. "романская" обработка барабанов, пучковые пилястры на фасадах, перспективные порталы с бровками над ними, тонкие полуколонки апсид и пояса углубленной узорной кирпичной кладки (бегунца) под нишами апсид и в основании средних закомар.

Явным стремлением к разнообразию и живописности было продиктовано объединение в одну группу двух окон с полуциркульными верхами и ниши с треугольным верхом в средней части западного и бокового фасадов, причем обрамление верха ниши выполнено не в кирпиче, как другие детали, но в резном камне.

Овруч. Васильевская церковь. Западный фасад
Овруч. Васильевская церковь. Западный фасад

Таким же стремлением к живописности и вертикализму отмечены и фасады не сохранившей своих верхних частей (купола с его барабаном, верхов боковых закомар, верха лестничных башен) Васильевской церкви в Овруче конца XII в. В ней применены такие же перспективные порталы, обрамление окон наружной четвертью, пучковые лопатки, тонкие полуколонки апсид, арочные пояски в основании закомар и дополняющие их полосы поребрика, как и в других русских постройках конца XII в. Особого внимания заслуживает размещение окон, завершенных четвертью круга. В поле средней закомары каждого фасада два больших и два меньших окна такого рода размещены попарно по обе стороны от оси, отмеченной тонкой полуколонкой, и обращены в ее сторону. Ниже, на тех же средних третях фасадов, такие окна размещены по краям и почти прижимаются своими более высокими сторонами к пучковым лопаткам, по другую сторону которых, в боковых третях, находятся такие же окна, но в зеркальном отражении.

Овруч. Васильевская церковь. Продольный разрез
Овруч. Васильевская церковь. Продольный разрез

Овруч. Васильевская церковь. План
Овруч. Васильевская церковь. План

Соответствие внешнего вида внутренней структуре здания наблюдалось в XII в. и в малых бесстолпных церквах. Единственная сохранившаяся церковь этого типа - Ильинская церковь в Чернигове - походила на среднюю часть четырехстолпного храма и имела четыре столба, несущих подпружные арки, паруса и купол на световом барабане, но пространство между столбами было с севера и юга забрано стенами; с востока примыкала апсида, а с запада - притвор. На фасадах столбам соответствовали лопатки, подпружным аркам - закомары. Внешние углы притвора, имевшего закомару на западном фасаде, также были обработаны лопатками. Внутри единое нерасчлененное пространство церкви легко охватывалось глазом, чему помогала и хорошая его освещенность. Относительно большие размеры окон и барабана подчеркивали малые размеры храма, соответствовавшие его общественному значению как церкви одного из небольших городских монастырей. Этому значению отвечало и крайне скромное убранство его фасадов, заключавшееся лишь в горизонтальном пояске на апсиде, простейшей профилировке закомар и обычной для Южной и Западной Руси того времени обработке барабана тонкими полуколоннами и расположенными наверху под свесом кровли купола висячими арочками. Нижние части стен оставались гладкими; окна и вход обрамлялись простыми наружными четвертями. Свойственное большим храмам сосредоточение убранства фасадов в верхних частях стен и на барабанах сохранялось и здесь.

Ильинская церковь. XII в. Южный фасад
Ильинская церковь. XII в. Южный фасад

Ильинская церковь. XII в. План
Ильинская церковь. XII в. План

Выработанный к концу XI в. тип русского каменного храма, четырехстолпного с двухэтажным западным притвором или без него, реже шестистолпного, однокупольного, с хорами в западной части и покрытием по закомарам, распространился в следующем столетии по всей Руси. Это объяснялось тем, что единым для всей страны утилитарным требованиям, которые предъявлялись к таким зданиям, наиболее полно отвечал именно такой тип храма.

Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Западный фасад
Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Западный фасад

Различие идеологических задач сказывалось прежде всего на внешнем виде храма. Те из них, которые отражали аскетическую, монашескую идеологию, были статичны, обладали приземистыми пропорциями, уравновешиваемыми вертикальными членениями фасадов. Закомары располагались на одном уровне, а в скромном декоративном убранстве повторялись в сильно уменьшенном виде очертания конструктивных форм. Пропорции храмов, отражавших героическую, светскую идеологию, были стройнее, композиция их верхов - сложнее, с ярусным размещением закомар. Вертикальные членения фасадов преобладали, а убранство их было более обильным и разнообразным.

Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Продольный разрез
Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Продольный разрез

Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. План
Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. План

Цветовая гамма фасадов в ряде случаев соответствовала цветам строительных материалов, как это было и в XI в., но иногда применялась и раскраска фасадов по цемяночной или известковой обмазке под свойственные тому же веку смешанную кладку или кирпичную кладку с заглубленными рядами. Кроме того, применение тесаного камня для отдельных деталей или как основного строительного материала позволяло применять резную орнаментику. Как и раньше, сохранялось соответствие архитектурных форм свойствам строительных материалов, а также умение зодчих превращать в художественные достоинства зданий их особенности, определявшиеся их утилитарным назначением и структурными особенностями: размеры, пропорции, освещение интерьеров, цвета строительных материалов и т. д.

Многие особенности русских храмов XII в., включая и ярусное расположение закомар, явились развитием того, что было известно и в предшествующее столетие, и если трехлопастные завершения фасадов стали применяться с XII в., то все их элементы уже имелись в новгородском Софийском соборе. В то время русские зодчие, опираясь на начавшие уже складываться национальные строительные и художественные традиции, не чуждались и опыта зарубежной архитектуры, в частности романской архитектуры Западной Европы. Но если одноапсидные алтари трехнефных церквей появились на Западе раньше, чем в церквах Киева, Смоленска или Полоцка, то первые примеры покрытия половинами цилиндрических сводов относятся на Западе (во Франции) к концу XI в., а на Руси (Новгород) - к середине его. Обычная для русских церквей с XI в. обработка барабанов тонкими лизенами, соединенными наверху висячими арочками, находила аналогию на Западе в сходной обработке ярусов круглых башенок, тогда как купольные барабаны с такой обработкой в Италии (Падуя) и на Балканах (Сопочаны) относятся лишь ко второй половине XIII в. Все это говорит о том, что в разработке и совершенствовании форм романской архитектуры принимали участие и русские зодчие, применявшие их в зависимости от стоящих перед ними задач и общего характера построек.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




аллерголог в Люберцах, евромед

© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2012
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://architecture.artyx.ru "Архитектура"
Рейтинг@Mail.ru